Глава 10. Рассказ Профессора

Гномы заворожено смотрели на говорящего кота, а если быть точнее, на своего пропавшего соплеменника, имя которого трудно перевести на человеческий язык, поэтому его звали просто - Профессор. А Профессор рассказывал историю своей жизни. Девочки также с большим интересом слушали его. Было забавно смотреть на кота Ваську, который мурлыкал, мяукал и издавал другие обычные кошачьи звуки, а автоматический переводчик переводил это всё на понятный всем язык.



- Всем известно, - говорил Васька, - что гномы живут на многих планетах, но ни одна из них не является прародиной гномов. То есть тем местом, где гномы появились на свет, развились до существ, способных к космическим путешествиям. И вот я отправился в экспедицию, чтобы отыскать такое место. Полетел я один, но в моем распоряжении был лучший корабль, который я сам и сконструировал. Поиски привели меня на планету Земля, где я и решил остаться подольше: собрать материалы, поговорить с местными жителями. Я приземлил мой корабль в центре деревеньки, которая называлась Васькино.

- Но почему бы вам не приземлиться в большом городе? - Перебил Профессора гном Александр.

- Потому, - продолжил Васька, - что в то время вот вот могла начаться война, и я понимал, что меня могут принять за вражеский самолет и сбить. Это же место показалось мне очень удобным. В центре деревни оказался пустой участок земли. Местные жители почему-то не строили на нем дома и не разбивали огороды. Оно было ровным и гладким. И я легко опустил свой корабль в самый центр деревни. Разумеется я включил маскировку, так что мой корабль никто не мог увидеть.

- Мы тоже умеем маскироваться, - гордо заявил Пряткин.

- Умеете, - согласился Профессор, - замаскировать корабль, хоть он и большой, не так уж трудно. Гораздо сложнее изменить свой облик, чтобы можно было спокойно расхаживать по незнакомой местности, не привлекая внимания. Тут у меня было одно преимущество перед вами - машина, которая способна изменить не только внешний вид гнома, но даже строение его тела.

- Машина?! - Недоверчиво переспросил Пряткин. - Но, такого не может быть!

- Да, машина. Я придумал и сделал её сам во время путешествия, поэтому никто из гномов её не видел. Я посетил много планет и на многих я сталкивался с проблемой общения с местными жителями. Некоторые меня боялись, видя перед собой незнакомое существо, некоторые вели себя агрессивно. Поэтому я и решил сделать машину, которая изменила бы мой облик так, чтобы я почти ничем не отличался от местных жителей.

- И вот, я приземлился на Землю, предварительно изучив всех живых существ в окрестностях этой деревни. Я уже знал, что самыми разумными существами на планете являются люди, но я не мог превратиться в человека, так как моя машина могла преобразовать меня лишь в существа такого же размера, как и я. На увеличение или на уменьшение моих размеров ушло бы слишком много времени. В итоге я выбрал наиболее распространенное существо, считая, что к нему все давно привыкли и бояться не будут. И я превратился в мышь.

- В мышь?! - Вскрикнула вдруг Аня. - Их же никто не любит!

- Знаю, но тогда я не знал этого. Я вышел из своего корабля среди белого дня в облике мыши и направился к ближайшей женщине, которая доила корову на самом краю поляны. Ещё на корабле я выучил местный язык, так что, подойдя к ней вплотную, я очень вежливо поздоровался. Она тоже поздоровалась со мной, не переставая доить коровы. Тогда я осмелел и забежал перед ней и спросил, не знает ли она, где здесь находится ближайшая библиотека или компьютерный центр, где я смог бы побольше узнать об истории местного края.

Люба тихо захихикала, уже понимая, какой ответ получил Профессор.

- Когда женщина меня увидела, она почему-то вдруг побледнела, - продолжил Васька, - вскочила и как завизжит: "Мышь! Мышь! Говорящая мышь!". А потом она схватила палку и как начнет ею махать. Я еле успевал увертываться. А потом к ней подбежали её помощники. Потом я узнал, что их называют котами. Они втроем набросились на меня со своими зубищами и когтищами. Я сам не помню, как сумел сбежать от них. Помню только как я вернулся на корабль, закрыл за собой дверь, принял в оборотной машине свой прежний облик и остаток дня отлеживался в постели, успокаиваясь от пережитых потрясений.

- Вам очень повезло, Профессор, - заметила Люба, - мышей здесь никто не любит, ну только разве коты, собаки да совы, но и они любят мышей только в качестве закуски.

- Я это понял, поэтому на следующий день я решил обернуться котом. Кот гораздо больше мыши или гнома, поэтому на превращение в кота у меня ушло шесть часов вместо пяти минут. Я принял вид большого чёрного кота, которого вы перед собой и видите. В облике кота мне было гораздо удобней, чем в облике мыши. Я старался достичь как можно большего сходства с местными котами. Я даже сделал себе голос, как у них. Конечно, я не смог тогда говорить с людьми на их языке, но я решил, что это ни к чему бы хорошему всё равно не привело, так как говорящего кота напугались бы больше, чем говорящей мыши.

- Это вы зря так сделали, - решила Люба, - возможность говорить с людьми могла бы вам пригодиться.

- Может быть, - согласился Профессор, - тем не менее я смог свободно ходить по деревне, слушать, смотреть и запоминать. Люди меня чаще всего привечали: гладили по шерсти, поили молоком. Иногда, правда, приходилось драться с местными котами, но это длилось до тех пор, пока я в совершенстве не изучил кошачий язык жестов, взглядов, боевого шипения и завывания. После этого другие коты стали обходить меня стороной. Превращаться шесть часов в кота, а потом шесть часов обратно в гнома было слишком долго, поэтому я решил пока не менять свой облик и походить котом. И так я пробыл в теле кота семь дней, узнал очень много у местных жителей и собирался, было, улетать, как на восьмой день случилось несчастье.

В подполе воцарилась абсолютная тишина. Каждому хотелось знать, что же произошло.

- Я отправился на очередную ночную прогулку в своем кошачьем облике, но не успел я далеко отойти от корабля, как раздался какой-то шум, грохот и земля затряслась под ногами. На улицу выбежали люди. Поднялась паника и суматоха. И все бежали к поляне, где стоял мой корабль. Я тоже побежал вместе со всеми. И вот, когда я пробрался сквозь толпу людей, то увидел как поляна медленно проваливается куда-то вниз. Корабля моего не было видно, он был невидим, но контуры его можно было разглядеть, когда его засыпала земля и песок. Я бросился к своему кораблю, который всё опускался и опускался. А тут ещё откуда-то полилась вода. Я сообразил, что выбрал очень неудачное место для посадки и посадил, видимо, свой корабль на старом болоте или над подземной рекой. Я попытался залезть в свой корабль, но было уже поздно. Дверь была уже под водой. И ото всюду лилась вода, сыпался песок, земля, грязь. Я еле-еле успел выбраться из этой каши. Я так устал, что почти не держался на ногах. А тут кругом испуганные люди бегают, суетятся. Не знаю что бы со мной было, если бы меня не подобрала маленькая девочка.

- Это была моя бабушка! - Догадалась Люба.

- Да, это была твоя бабушка. Она завернула меня в тряпку и отнесла домой. Там она вымыла меня в ведре, дала молока и уложила на подстилку у горячей печки. Постепенно я успокоился и мысли мои пришли в порядок. Я начал осознавать, что же произошло. Я понял, что спасся только чудом, и что теперь я отрезан от своего корабля, от своего дома и ото всех гномов.

На минуту Профессор замолчал, вспоминая те печальные дни. Никто из гномов не нарушал тишины.

- Но я не отчаялся, - гораздо веселей продолжил свой рассказ Профессор, - я пожил у девочки Маши два дня, набрался сил и на третий день направился к поляне, где стоял мой корабль. На месте поляны был уже небольшой пруд. Я долго ходил кругами, стараясь найти какие-то признаки, по которым можно было бы определить, цел ли ещё мой корабль. Поначалу я ничего не нашел. К тому же, возникла другая проблема - питание. Моя еда была вся на корабле, а люди, хоть и хорошо относились ко мне, но только поили меня молоком, когда как организм требовал ещё и другой еды.

- И как же вы вышли из положения? - С испугом в голосе произнесла Незабудка.

- Как и другие коты, я стал ловить мышей.

Обжоркин, который был большим гурманом, прикрыл рот рукой, словно бы его начало тошнить.

- Да-да, - повторил Профессор,- ловить и есть мышей, сырыми. А что мне оставалось делать? Не воровать же еду у людей. Девочка Маша, конечно, обо мне заботилась, молоком поила, но нормальной еды у них самих было мало. Так я жил около месяца. Суета вокруг происшествия постепенно утихла, все решили почему-то, что появление ямы и пруда в центре деревни связано с падением метеорита.

Профессор на секунду замолк, встал, выгнул спину, как самый обычный кот, и потянулся, сладко зевая.

- Однажды,- продолжил он,- когда я очередной раз ходил вокруг пруда, я увидел пузыри, которые всплывали на самой середине. Поначалу я не обратил на них особого внимания, но присмотревшись, я понял, что всплывают они в определенной последовательности. И последовательность эта очень похожа была на сигнал бедствия на старинном гномьем сигнальном языке. Я подошёл к самому краю воды и что есть силы промяукал, насколько это возможно коту, ответ на этот сигнал. И, о чудо, увидел бульканье, из которого понял, что пузыри эти всплывают не просто так, а это ответ, посылаемый моим кораблем. Значит, корабль мой цел, и я смогу вернуться на родину.

- И что вам сказал корабль своим бульканьем? - С надеждой в голосе поинтересовалась Незабудка.

- Сказал? - Профессор усмехнулся, насколько это умеют делать коты. - Не сказал. Разговором это трудно было назвать. Он подавал разные сигналы, я отвечал. Он меня слышал и понимал, но в целом это был разговор кота с водяным. В старинном сигнальном языке гномов очень мало слов. Три месяца у меня ушло на то, чтобы научиться полноценно общаться с моим кораблем. Вот тогда-то я и узнал, что утонул он совсем неглубоко. И у меня появилась надежда на спасение.

Профессор ненадолго умолк.

- И какая же? - Спросил Александр.

- А подумал, - продолжил Профессор,- если я смогу добраться до люка корабля, то смогу войти внутрь и снова принять свой прежний облик. А если корабль цел, то смогу и улететь отсюда.

- А почему вы просто не приказали кораблю самому выбраться из пруда? - Задала Люба вопрос, который вертелся у всех на устах.

- Потому, что так был настроен мой корабль. Он не может сам принимать такие важные решения. Не может улететь без меня. Представляете, что было бы, если бы я вернулся с прогулки, например, а корабля моего нет, и только потому, что какой-то там кот что-то ему мяукнул? Нет, чтобы взлететь, я или другой гном должны находиться внутри корабля и должны управлять им.

- Получается замкнутый круг какой-то, - недовольно проворчал Пряткин.

- Да, но я не отчаивался. Я стал учиться плавать. Сначала я просто пытался плавать вдоль берега. Это было нелегко. Вскоре я уже мог доплыть до середины пруда и обратно. Хуже всех дело обстояло с нырянием. Всё мое кошачье сознание противилось погружению в воду, но я смог перебороть и это. Правда, оказалось, что корабль лежит очень глубоко, и я никак не мог до него достать. Но и тут я нашел выход. Я заметил, что в сильную жару пруд быстро мелеет, и тогда можно нырнуть до самого дна. Я делал одну попытку за другой, но даже доплыв до дна, я не мог откопать свой корабль, так как он был под слоем ила и песка.

- А чем же вы питались всё это время? - Задал Обжоркин актуальный для него вопрос.

- Чем придется, - вздохнул Профессор.

- Неужели, мышами? - Ахнула Незабудка и прикрыла рот ладошкой.

- Нет,- Профессор рассмеялся, - конечно же нет. Я ведь не простой кот. Я понял, что мыши - это большая напасть для деревни, и их никто не любит. Вот я и стал ловить мышей и приносить жителям деревни, а они мне за это всегда давали чего-нибудь вкусненького. Постоянно я жил у девочки Маши, но охотился везде. И кормился везде. Наверное, в этой деревне я питался лучше всех, включая и котов, и людей. А всё потому, что придумал себе хорошую работу - работу мышелова.

- А как вы запустили спутник, который передал нам сообщение? - Перебил Александр Профессора.

- Очень просто. У меня было три спутника. Два сейчас находятся на корабле, а третий я брал с собой. Он был небольшой, не больше мухи, и мог летать. Когда мой корабль провалился, я остался без связи с родной планетой. Я мог бы приказать спутнику взлететь и передать сигнал домой, но я берег его, надеясь, что сам смогу выбраться. Лишь после долгих усилий я решился запустить спутник. Это было рискованно, и в итоге он так и не вернулся.

- Но он сумел передать нам сигнал! - Радостно заметил Александр, так что вы запустили его не зря!

- Чему я очень рад. Оставшись без спутника, я совсем, было , потерял надежду. Надо сказать, я много раз пытался наладить контакт с людьми, думая, что они смогут помочь откопать мой корабль, но на кота Ваську никто не обращал внимания. Я научился читать, а потом научил читать и Машу. А еще я играл с ней в разные игры. Например, в шашки. Так шли годы, а я нисколько не приблизился к заветной цели. Девочка Маша выросла и забыла про меня. У неё появились свои дети, а потом и внуки. Она стала бабушкой. И тут я познакомился с Любой - внучкой Маши. Я сразу понял, что это очень любопытная девочка. Она часто смотрела на меня так, словно могла прочесть мои мысли. Я много раз пытался дать ей понять, что я - не совсем обычный кот. И я не ошибся, ведь именно Люба догадалась, кто я есть на самом деле.

- А как же мы? - Возмутился Пряткин. - Это же мы прилетели вас спасать!

Профессор рассмеялся снова. Выглядело это так, словно кот Васька чихал, вдохнув пыли.

- Когда я увидел в небе спускавшуюся звезду, я сразу понял, что это прилетели за мной, - продолжил он минуту спустя. - Я сразу же отправился в лес и обнаружил там Александра на вездеходе, замаскированным почему-то под пень.

- Тут всё продумано, - опять перебил Профессора Пряткин, - пни тут часто встречаются, вот мы и замаскировали вездеход под пень.

- Это верно, но пни стоят на месте, а не бегают по лесу. Но это не важно. Я выследил Александра, когда он вышел из вездехода, и попытался установить с ним контакт. Но он только бегал от меня и кричал.

- Я думал, что вы - лесное чудище, - стал извиняться Александр.

- Вот поэтому мне и пришлось заманить к вездеходу Любу. Ты уж извини меня. - Обратился Васька к девочке. - Заблудилась ты тогда не просто так: это я завел тебя в чащу, чтобы ты встретилась с гномом. Я подумал, что, если я не смогу наладить контакт со своими соплеменниками, то ты мне поможешь.

- Помню, помню, - сказала Люба, - ты тогда убежал от меня и спрятался.

- Да, мне до сих пор стыдно за это. Но я бы тебя не бросил в лесу. Если бы ты не встретилась с Александром, я бы сам тебя вывел. План мой тогда удался лишь на половину. Люба встретилась с Александром, но не дала никак мне проявить себя. После того случая я следил за гномами в лесу, но издалека, чтобы не спугнуть их. Я знал, что они захотят обосноваться в деревне, а дом Любы - лучшее для этого место. Я попытался тогда ещё раз добраться до своего корабля, но не смог. Хорошо что девочки не дали мне утонуть. Особое спасибо Ане за её наблюдательность.

- Получается, - догадался Пряткин, - что вы всё время пытались связаться с нами, а мы от вас убегали?

- Да, - согласился Профессор-Васька, - всё время. И когда вы собирали урожай в огороде, и когда вы ходили за молоком. Когда вы потеряли Пряткина, я специально старался быть у вас на виду: умывался, облизывался, даже мышку съел. Всё для того, чтобы вы подумали, что я съел Пряткина и заглянули в меня с помощью рентгена. Я думал, вы заметите, что я не совсем обычный кот внутри. Я ведь только снаружи похож на кота.

- Мы посмотрели,- вздохнул Обжоркин, - но не заметили. Мы же не знали, как должен выглядеть обычный кот изнутри. Да и не о том мы тогда думали.

- И я много раз пытался добраться до вашего переводчика. Но получилось это только после того, как Люба догадалась, кто я есть на самом деле.

Все гномы как один потупили взоры. Им стало стыдно за свою недогадливость. Ведь именно их послали для поиска Профессора. И даже сам Профессор постоянно пытался заявить о себе, но и тогда они его не нашли.

- Ну ладно, - кот Васька вздохнул и встал, - пойду ка я ловить мышей, вечереет уже.

- Как, - чуть ли не вскрикнула Незабудка, - и сейчас вы будете ловить мышей? Когда мы, то есть вы нас нашли?

- Да, - невозмутимо ответил Васька, -у вас ведь нет еды для такого большого "чудища" как я?

- Нет, - согласился Обжоркин.

- И на корабле нет специального отсека для перевозки больших животных?

- Нет, - кивнул Александр.

- Ну так что же мне делать, как не ловить мышей? Завтра бабушка Маша котлеты жарит. За пяток мышей она мне даст котлетку. А вы пока думайте как достать мой корабль. Только так я смогу принять свой нормальный облик и вернуться на родину.

Васька стряхнул с себя ниточки переводчика и в несколько прыжков выбрался из подпола.

- А действительно, - промолвил Александр, - как мы вернём профессора домой? А ведь завтра - последний день для отлета.

- Люба, у тебя нет случайно подводной лодки? - Спросил Пряткин то ли серьёзно, то ли в шутку.

- Нет, - ответила девочка.

Гномы загалдели, решая что же им делать. Люба и Аня потихоньку выбрались из подпола, чтобы им не мешать.

- Пойду ка я домой, - Аня неожиданно заторопилась, - посмотрю ка я свои старые игрушки.

Люба тоже пошла домой. В этот день она решила лечь спать пораньше. К утру гномы наверняка придумают, что им делать, и, возможно, им потребуется Любина помощь.
Рубрики Из сборника Про девочку Любу